Глава 21.

Поговорив так, они разошлись. Время до начала октября пролетело незаметно. С 1 октября планировалось подорожание коммунальных услуг, вызвавших бурную реакцию «местного сообщества».
ВН в сердцах высказалась как-то вечерком: «Это что же такое делается? Последнее, что ли хотят отобрать? И так уже больше полтыщи платим! Никаких сил нет!»

«Совершенно с вами согласен, - заметил ТБ - а все остальное? Зачем? Звучит красиво, но ведь это все просто под корень режет нарождающийся третий класс, о котором все пекутся! Ну ладно, коммунальные платежи - это дело десятое, а новые пошлины? Если у нас буквально все с рынком связаны - либо туда вещи возят, либо там покупают. Будет такое - ой, мамочки! А машины? Что, жигули станут лучше фольгсвагенов от этого?»
- Ой, да действительно, и не говорите! Помните, этот галдеж вокруг окорочков? Я тут как-то наши купила... Во-первых, половина веса - позвоночник, да и жесткие они.
- Ну, насчет вкуса, мне, например, наши больше нравяться. Мяса там действительно больше, они более мясные - встрял тут ТБ, - да и гадости там, наверное, поменьше. У нас просто на всякие хитрые добавки денег нет.
- Ну, - обернулась к нему ВН, - о вкусах не спорят, кому что нравиться. Но доли обычных костей в наших больше! Это получается, что конкуренцию хотят убрать, и выбирать станет просто нечего! Только сомневаюсь, что деньги от этого пойдут на улучшение ситуации. У нас никогда ничего для клиента не делается! И что-то дальше будет?

Дальше разговор потек в направлении того, что «Что-то будет?». разговаривали на эту тему довольно долго, но, собственно, ник чему новому не пришли. Однако, жизнь должна была стать тяжелее. Олег приезжал в выходные, и привозил немного денег ВН. Но их отношения с Дашей оставались как-то натянутыми чуть-чуть, в долгие разговоры они не вступали. Тут случился день рождения Путина, и все обитатели квартиры с большим интересом посмотрели передачу «Вечерний чай с президентом». ВН эта передача немного успокоила в том плане, что последнее время она начала побаиваться, что может возникнуть очередной культ личности, но от передачи сложилось такое ощущение, что ...этот человек очень хорошо знает, что к чему и почему. « Ну наконец-то появился разумный и эволюционный человек. - удовлетворенно сказал ТБ, - « Посмотрим, что дальше будет. Но на будущих выборах я буду голосовать за него - будем надеяться, что он останется тверд в своих убеждениях, а эволюция, в отличие от революции, требует времени, постепенного движения.» А Даша не стала делиться своим мнением, только подумала, что в человека с такими мыслями она могла бы влюбиться. Но... как-то не греет. То есть греет, но абстрактно, отвлеченно.
В общем, она действительно отложила все посторонние мысли в дальний ящик, типа «все равно этого не поймешь. Однако мое нынешнее состояние постоянной озабоченностью этой проблемой мне не нравится. Надо будет летом вакцинацию себе устроить».

<!--[if !supportLineBreakNewLine]-->
<!--[endif]-->

Глава 22.

В общем-то, в жизни обитателей квартиры никаких резких изменений не произошло. Все так и текло своим чередом. Тут еще и перепись приблизилась. Все долго диспутировали, открывать двери или нет, но когда в выходные пришли «пробные» переписчики, у них узнали телефон (через дверь, чтобы не пускать). Тем временим Дашу поведение Олега где-то в глубине души начинало бесить. «Как чужой, право. Слишком честно, буквально он выполняет условия. Иногда просто теряешься...» тут случилась передача «Школа Злословия» по культуре. Первый выпуск, который она обязательно решила посмотреть. И он несколько поколебал ее положения. Там участвовал ее любимый Гордон, и его убеждения насчет любви, по идее, вполне соответствовали ее, а вот взгляд со стороны вызвал вот какие идеи: «Ну, допустим. Все это только химия-биология и инстинкты. Но ведь... о, черт, не знаю прямо, что думать! Ну, возьмем литературу. Пожалуй, с натяжкой Татьяну с Онегиным можно разобрать по биологии, а Виолетту из Травиаты? У нее-то не было недостатка в кавалерах, скорее, она должна была уже устать от них. Что-то не сходится.... Господи, как на зло, рабочий год только начинается, а мне уже просто срочно нужна прививка. Хотя и думать даже об этом противно.... уа-у! Это уж совсем плохой признак. А тут еще он каждую неделю приезжает! Все к тому идет... что же, мне первой ему на шею вешаться? Все-таки, подождем...».
Жизнь себе текла-текла по прежнему На следующие выходные все страхи Даши перед тем, чтобы постоянно, каждую неделю наблюдать перед глазами Олега развеялись. Отчасти. Похоже, что с тем, чтобы каждую неделю приезжать из Новгорода он погорячился. Он сказал ВН, что так у него просто денег не хватит. Лучше он будит приезжать раз в месяц, и привозить сэкономленные деньги ей. Вечером за чаепитиям ВН рассказала соседям об этом его предложении и сказала, что она тоже сможет ему быть полезной - у него мать плохо себя чувствует, а у нее как раз есть знакомый врач - а ведь никто не спорит, что медицина в столице не в пример лучше Новгородской. Вот только надо бы ее как-то сюда перевезти. Вообще-то, это будет даже интересно - познакомиться с женщиной, которая так долго жила с братом. Возник сразу же вопрос, где ей останавливаться. Пока она будет консультироваться. Даша а следующий вечер решилась все-таки предложить поселить ее в свободную смежную комнату. Правда, это означало, что и Олег будет жить там, скорее всего. Но.... прорвемся! Оно того стоит в любом смысле. В общем, когда в следующий раз Олег приехал, они рассказали ему о своем предложении. Тот сразу очень заинтересовался, только как-то странно посмотрел на Дашу. Та про себя тихо поежилась, подумав : « Что-то мне эти все роковые обстоятельства совсем не нравятся...То есть, если говорить честно, нравятся, но как-то о свободе воли тут и думать и не приходится. Да и с собой бороться трудно. Но, я надеюсь, это не на долго....». Через неделю он приехал с мамой. На следующий день та пошла к знакомому ВН, и тот, осмотрев ее, вызвал к себе в кабинет одного Олега и, долго теребя бумажки на столе, сказал ему: «Вы знаете, я подозреваю у вашей матери рак. В принципе, я могу ее устроить ее в онкоцентр. Но вам нужно получить направление от местных врачей. Вот получите, тогда приезжайте и мы постараемся ее положить».
Когда они вернулись домой, на Олеге совсем не было лица. Даша спросила его «как дела?», он ответил «нормально» и незаметно показал на коридор. Даша через несколько минут вышла, внутренне приготовившись к каким-то неприятностям. Олег вышел за ней.
- Не хотел при маме говорить. Но, понимаешь, подозревают у нее рак.
- О, господи!
- Так что скоро мы опять приедем, и, по-видимому, на долго. Ее положат в онкоцентр, а мне, по-видимому, придется каким-то образом перебираться сюда...
Даша с округлившимися глазами его перебила:
- Но... А как же ваше дело? Ты-то не можешь его оставить....Оно тоже умрет!
Он сначала нахмурился, а потом вдруг улыбнулся
- Все-таки недаром наш фирма называется «Вече» Ребята справятся. Денис, правда совсем заблудился в религии, но Сашка - парень башковитый, и в принципе, это же через него мы все это организовали. В целом, я это все затеял, а им теперь - карты в руки. Живы будем - прорвемся. - он некоторое время помолчал, а потом сокрушенно сказал: «Вот только маму очень жалко... а когда будем получать направление, все ей станет ясно...
- Скажи еще спасибо, что вам хороший врач еще попался! А то моя мама все хворала-хворала, а когда заметили - было уже поздно! Господи, как она мучилась! Не хотела бы я так!
- А что, у нее тоже был рак?
- Да. и знаешь, я тогда здорово пересмотрела свое отношение к смерти. Помнишь такую песню: «Если смерти - то мгновенной, если раны - небольшой.»? Нам ее в школе приводили в пример - не помню, чего, но чего-то отрицательного, в общем. А по - моему - так наоборот, очень даже гуманно. Гораздо лучше уж сразу умереть, чем так мучиться, как моя мама мучилась! Для нее смерть была просто облегчением! - тут она резко поменяла тон - «Но, будем надеяться, у тебя до этого не дойдет. Хорошо, если тебе удастся в онкоцентр попасть. Там очень даже не плохо... но, знаешь, хватит грустном! Ну как, с ВН они наши общий язык? Есть им что-то общее вспомнить?
- Да, не говори, - улыбнулся он - Я даже не ожидал. У ВН обычно такой неприступно-хорошовоспитанный вид, прямо жуть берет! А мама - ну, понимаешь, она, в общем-то, не слишком....
- Но, с другой стороны, если она смогла тебя воспитать...Образование-то тебе кто дал?
- Хм, ну это уж папа настоял. И чтобы я спецшколе учился, и про высшее образование с раннего детства внушал. Так что когда я уже закончил школу, у меня и сомнений-то не было. Выбирал только между Питером и Москвой.
- А-а. А отец твой когда умер?
- Вот тогда, в 10 классе и умер. Он после войны постоянно болел и умер, в общем-то довольно молодым, в 38 лет.
На этом они перешли на другие темы, Олег еще довольно долго вспоминал их жизнь с родителями, потом они все пошли на кухню ужинать. ВН их начала расспрашивать о том, как прошел день и аудиенция у светила. Они ее поблагодарили, и Олег сказал, что, по-видимому, потребуется более подробное обследование, и скоро они приедут опять - маму надо будет положить в клинику для обследования. Вот, мол, съездим домой за направлением, и обратно. Во время всей этой речи он так упорно подмигивал ВН, когда она проявляла любопытство, что та уже к концу ужина обеспокоилась, все ли в порядке у него с глазами. Тут Даша довольно ловко ее отвлекла разговором о недавно виденной передаче с новомодным Акуниным. Она сменила тему, и довольно долго рассуждала о взаимодействии так называемого «мейнстрима» и действительно хорошей литературы. Она отметила, что все-таки Акунин - это скорее положительное явление, потому что «несет культуру в массы» дальше разговор пошел на такие заумные и отвлеченные темы, что скоро они разошлись по своим комнатам с совершенно свернутыми головами.
На следующий день Олег с матерью уехали домой. Уезжая, он сказал, что будет звонить, и, когда направление будет получено, они приедут.
А пока жизнь потекла дальше...

<!--[if !supportLineBreakNewLine]-->
<!--[endif]-->

 

 

Глава 23.

Через некоторое время начальник (по-просту шеф, как его за глаза называли) вызвал Дашу к себе с очередным отчетом. После того, как были выслушаны все дела, он откинулся на спинку кресла, внимательно посмотрел на Дашу, и, скрестив руки на груди, сказал:
- Но, вот знаешь, о чем бы еще я хотел с тобой поговорить, что-то я не важно чувствую себя последнее время, устал очень. Врачи настоятельно рекомендуют в санаторий съездить, отдохнуть. Но, как на зло, ситуация и у нас, и в мире тяжелая.... Вот, возьми это подорожание коммунальных услуг, что делать - цены повышать, или зарплаты урезать? Расходы-то возросли. А цены повысишь - еще не известно, что выйдет... Наши гости вполне могут перестать обращаться к нам...»
«Ну, прямо теряюсь... Но, с другой стороны, и в гостиницах цены повысятся.... против государства-то не попрешь...Ну, надо что-то еще привлекательное предложить.... И тут как раз эти экскурсии очень подходят. Возможно, придется частично их нам самим оплачивать. То есть, предлагать по сниженным ценам... Но тут еще надо просчитать все хорошенько. А вам действительно надо подправить здоровье» « Вот, кончиться эта галиматья с Ираком, так и отправлюсь в отпуск. Похоже, что наши ближневосточные контакты пропали втуне, им сейчас не до того будет.»
Поговорив таким образом, они, доев обед, разошлись по своим делам. И жизнь своим чередом потекла дальше.
Через некоторое время, в воскресенье, Даша как раз убирала со стола после чаепития и раздумывала чем бы заняться, как вдруг позвонили в дверь. Даша пошла открывать. Открыв, она просто на какое-то время опешила. На пороге стоял Сергей.
- А... м-м... добрый день, - с трудом проговорила она, судорожно соображая, что делать дальше.
- Привет! Может все-таки впустишь? - спросил он, улыбаясь.
- а! Да, конечно, проходи. Н-но, какими ты судьбами? Совсем не ожидала.
Она посторонилась, и Сергей протиснулся в квартиру. Пройдя в Дашину комнату, он сел на стул, и начал осматриваться. Потом заговорил:
-Вот, решил устроить себе отпуск, взял да и приехал из Франции. Отдыхаю. А ты как?
-Да нормально. Работаю там же, мама умерла - тогда, когда ты уехал. На настоящий момент все в порядке. Ну, да больших потрясений у меня в жизни не было. А ты как, чем занимаешься?
- да тоже все более-менее. Работаю сейчас в ..... занимаюсь..... Если ты сейчас не занята, пойдем пройдемся о старым местам, - и он, привстав, приглашающе махнул в сторону выхода.
Даша поднялась, удерживая вертящийся на языке вопрос: «зачем ты вообще, собственно, приехал?» и пошла к двери.
- Ну, хорошо. Пошли. Я как раз сидела и раздумывала чем бы заняться.
И, накинув плащ, она прошла к двери. Сергей направился за ней.
- Ну, и куда пойдем?
- На бульвар, а там - видно будет. Помнишь как гуляли раньше?
- А-ага, - как могла суше, мучительно борясь с собой, кивнула она, подумав: « не дождется он увидеть мои эмоции! Перебьется!». И они вышли на бульвар. Разговор как-то не клеился. Даше даже вспомнилось « у меня под языком накопилось довольно иголок для того, чтобы вонзить им в шкуру!». Но приходилось молчать.
Пройдя в тяжелом молчании метров 100, Сергей заговорил:
- Слушай, у вас здесь такая новая мода - мюзиклы! Все просто с ума сходят! Давай сходим на этот «Норд-Ост». Я ивасей вообще-то раньше любил, интересно посмотреть!
- Ну, давай. А что, у тебя есть билет?
- Не. Так можно же купить!
- А где? Я, например, понятия не имею. На саму Дубровку ехать далеко, да и где там что я не представляю.
- Попробуем просто в ларьках.
Переговариваясь таким образом, они дошли до киоска у метро. Там билетов на эти ни следующий день не оказалось, ближайшие были только на 25 ноября.
-жаль. Жаль. 25 я как раз уезжаю домой.
- А ты уже это место домом считаешь?
- Нет, ну гражданства пока нет, а так - ну, живу я там. И, в общем, мне нравится. Ну, раз билетов нет, пойдем тогда куда-нибудь, посидим, перекусим.
- Ну, ладно, пошли. Только как раньше, в «Лиру», не получится. Там теперь самый большой в мире Макдональдс.
- О! Знаешь, как против Макдональдса у нас воюют! Страсти кипят - жуть!
В кафе они досидели до 10 часов. Даша при этом обратила внимание, что, говоря о Франции, Сергей все время говорил «у нас». Когда она, захотев уязвить, сказала ему: « а вообще-то, несмотря на все хваленое французское вольнодумство, у вас чуть фашиста не выбрали!», он ответил ей : «Ну, я-то не голосовал, а вообще-то он в чем-то прав. Этих чернокожих и латиносов действительно чересчур!». На это можно было возразить, что и он сам там в общем-то на таких же правах. Но Даша этого не стала делать - пора было домой, и она не хотела подкидывать ему новую тему.

<!--[if !supportLineBreakNewLine]-->
<!--[endif]-->

 

Глава 24.

Вернувшись домой, она чуть не сломала голову, гадая зачем он, собственно , вообще пришел, и, судя потому, что уже через 2 дня опять уезжает, далеко не сразу. Однако, довольно скоро ломать голову в одиночку ей надоело, и она кинулась звонить Галке. До окончания школы, когда пути их разошлись, они довольно тесно общались, и, после того, как в ее жизнь потрясло столько событий, и она хотела всем с кем-то поделиться, она первой пришла ей в голову. Галка обрадовалась ее звонку и пригласила заходить завтра же вечером.
На следующий день после работы она сразу пошла к Галке. Галка посадила ее сразу в комнату за столик и налила кофе. - Что у тебя случилось? Что вызвало такую панику? - устроившись у столика, спросила она.
- Да столько всего разного навалилось,- сказала Даша, положив локти на стол и подперев подбородок кулаками. Ты понимаешь, я как в любовный роман попала, причем - из самых дешевых, этих, серии Harlequin.
- Ну, подруга, колись! Но по поводу любовного романа не переживай особо, говорят, что вся наша жизнь укладывается в 2 сюжета: либо Троянская война, либо любовь на фоне Троянской войны. Скажи спасибо, что у тебя еще не война!
И Даша без утайки рассказала все последние события и свои смешанные чувства по этому поводу. Пока она говорила, из кухни прибежал Димка, и сообщил, что только что передали, что на Дубровке захватили заложников.
- Господи, а я же чуть было туда не пошла... Только случай меня уберег! Мамочки, а не то я тоже была бы там! Ну просто ты как накаркала!
Разговор как-то смялся, не до личных переживаний было. Галка тоже, оказывается, туда собиралась, на зимние каникулы, сделать детям подарок. Через полчаса они разошлись и Даша поспешила домой. Придя, села перед телевизором следить за событиями. На следующее утро позвонил Олег и обеспокоенным тоном осведомился, как у них дела. Узнав, что ничего экстраординарного нет, сказал, что в выходные обязательно приедет. Однако, Даша сказала ему что это совсем не обязательно, что лично ей пока и телефона достаточно, и она очень рада, что он позвонил. А деньги ему скоро еще понадобятся для его мамы, Марии Ивановны, и спросила, как у них дела, когда их ждать. Олег ответил, что 1 декабря маму кладут в больницу, ну и накануне они приедут.

Глава 25.

Эти окаянные 3 дня взбудоражили всю Москву. 8-го ООН наконец благополучно приняла резолюцию по Ираку, и в понедельник Александр Николаевич вызвал Дашу к себе в кабинет. Когда она вошла, он сидел, откинувшись на спинку стула. Выглядел он не очень: лицо, и так не отличавшееся румянцем, приобрело нездоровый оттенок, под глазами черные круги, волосы... да им уже, честно говоря, некуда было седеть. Увидев вошедшую Дашу, он слабо улыбнулся и сказал:
- уф-ф-ф! Последние события меня совсем подкосили... Уезжаю в санаторий. И оставляю тебя за главного, ИО. Я к тебе последнее время приглядываюсь, думаю у тебя получится. Ну, а если что - мой телефон ты знаешь.
- Ага. А вы будете в санатории! Я несколько теряюсь, не ожидала и поэтому не готова.
- Знаешь раньше был такой способ обучения плаванью: ребенка вывозили на глубокое место и выбрасывали из лодки. И они плыли!
- Но я же не одна! От моей плавучести еще куча людей зависит!
- А, как ты считаешь, будет лучше если я просто все брошу и уеду отдыхать? Я-то ведь тоже не железный!
В общем, в ходе разговора они решили, что со следующего месяца она начинает работать в новом режиме. В довольно расстроенных, каких-то сумбурных чувствах она вернулась домой. А тут еще в выходные, как водится, приехал Олег. Увидев, что Даша находится в таком раздрае чувств, он стал допытываться, в чем причина. Потихоньку, запинаясь и заикаясь, она выложила все последние события, умолчав, правда, про визит Сергея. Узнав, что она собиралась на Дубровку, он порывисто подошел к ней и обнял за плечи. Потом, правда, сам видимо, испугавшись своего порыва, посмотрел ей в лицо и сказал : «Ну, и слава Богу билетов не оказалось! А то бы ты тоже там была. В каком то смысле ты очень везучая! А с работой - что плохого? Это же вполне себе повышение. Некоторые специально интриги ради этого строят - а у тебя все само получилось!» Даша только крепче прижалась к нему : «Понимаешь, это все равно, сто идти по канату без страховки. Помнишь, у Высоцкого? Я отнюдь не уверена, что на это способна!» «Не вешай нос! В целом, живы будем - прорвемся.... Но до отъезда твоего начальника мне бы было не плохо с ним повидаться. Я завтра зайду?»
На следующий день на работу они отправились вдвоем. Только с разницей во времени, потому что, как сказала Даша, до 3 часов дня Олегу там делать нечего, там все будут заняты разгребанием накопившихся за выходные дел.